24 Июля, 2018 Полезные статьи
  • Поделиться:

Как запретить копировать музыкальный стиль?

Сегодня мы расскажем о деле, всколыхнувшем музыкальную индустрию США. В 2013 году наследники Марвина Гэя обвинили Робина Тика и Фаррелла Уильяма, авторов песни «Blurred Lines», в копировании мотива и звучания песни их отца «Got To Give It Up», написанной 40 лет назад.

В марте 2015 г. жюри присяжных насчитали 7,4 млн дол убытков в пользу истцов, суд первой инстанции уменьшил до 5,3 млн дол, но дополнительно взыскал 50 % всех будущих доходов от продаж песни.

Ответчики обжаловали решение, в их поддержку выступили более 200 музыкантов. Музыковеды подали в суд amicus brief, где пытались объяснить, почему песни не схожи. 11 июля 2018 г. Федеральный апелляционный суд США оставил решение в силе, хотя один судья голосовал против и подробно изложил аргументацию.

В 1831 году музыка стала объектом охраны авторского права США. Имитация мелодии всегда была основой для иска о нарушении авторского права на музыкальное произведение. В странах континентальной правовой системы сложился такой же подход.

Изначально музыка фиксировалась в виде нотных записей, потому споры о копировании решались путем сравнения партитур. В решении по делу Hein v. Harris 1910 суд определил музыкальную композицию как «collocation of notes» и ее нарушение как «сходство», которое по сути является копией, так что для среднего человека две мелодии кажутся одинаковыми. Так суд установил тест, который стал называться «сравнительным методом».

С годами к копированию мелодии добавилось заимствование аккомпанемента, аранжировка и другие формы. Установив, что в песне ответчика повторен короткий, но выразительный фрагмент из песни истца, суд решал, что этого достаточно, чтобы потребители, услышав песню, захотели купить её, тем самым лишая прибыли автора оригинальной песни.

О том, как трансформировался объем охраны музыки 63-страничная статья Joseph Fishman Music as a Matter of Law.

Журнал Rolling Stone привел несколько таблиц с аккордами и нотами песен Марвина Гэя и Робина Тика и написал, что после этого решения поп музыка уже не будет прежней.

Что же такого важного и скандального в этом решении?

(1) фактически решение признало нарушением авторских прав песню, которая звучит в стиле более ранней песни (feel and sound the same);

(2) мнение музыкального эксперта подменило мнение суда о существенном сходстве песен.

Истец должен доказать, что в песне ответчика скопировано охраняемое авторским правом произведение. Бремя доказывания истца: (1) ответчик имел доступ к песне истца и (2) между двумя песнями есть существенная схожесть (substantial similarity).

Было ли заимствование умышленным или случайным?

Суд принял во внимание, что песня истца длительное время была настольно известна и популярна в США, что нет сомнений в том, что ответчик мог слышать её до сочинения своей песни. Значит доказано, что ответчик имел доступ к его песне.

Есть ли существенное сходство между песнями?

Судебная практика США выработала тест, состоящий из двух частей: extrinsic и intrinsic. Ранее мы рассказывали о нем на примере спора о заимствовании сюжета и персонажей из детского телешоу в рекламном ролике McDonald’s.

Первый – объективный критерий, требующий выделить неохраняемые элементы песни и оценить на предмет сходства только охраняемые. Буквально он звучит так: «Extrinsic similarity is shown when two works have a similarity of ideas and expression as measured by external, objective criteria»

Обычно это делает судья, но в этом споре вопрос переадресовали жюри присяжных. Перед ними выступали музыкальные эксперты от каждой стороны. В практике американских судов существенная схожесть (substantial similarity) произведений – это вопрос права, а не факта. В том время как эксперты могут участвовать только для установления фактов.

Вторая часть теста (intrinsic) – это субъективная оценка. Сочтет ли обычный человек существенно схожими общее впечатление от сравниваемых песен: «It asks ‘whether the ordinary, reasonable person would find the total concept and feel of the works to be substantially similar».

Какой стандарт охраны применить к песне: «широкий» или «узкий»?

Ответчик настаивал на «узком», поскольку при сочинении мелодий авторы ограничены в средствах выражения, потому нарушением будет только буквальное копирование всей мелодии. Однако суд прислушался к истцам, что композитор неограничен в средствах выражения, потому применим «широкий» стандарт.

Как сравнивать песню: ноты с нотами или звук со звуком?

Когда песня Марвина Гэя появилась в эфире, действовал закон об авторском праве 1909 г., в котором охранялись только музыкальные произведения. С 1978 г. в США вступил в силу новый закон, где появились звукозаписи (sound recordings) как новый объект авторского права.

Песня «Got To Give It Up» была зарегистрирована в Библиотеке конгресса только в виде нотной записи, а не в виде звуковой дорожки. Суд решил, что сравнивать нужно только нотные варианты песен, но ни в коем случае не давать присяжным послушать, как звучать истца и ответчика на самом деле.

Вместо того, чтобы искать сходство в мелодии, жюри и суд искали сходство в звучании, потому многие юристы пришли к выводу, что это решение защитило авторское право на музыкальный стиль (musical style or ‘groove’). Суд размыл линию («Blurred Lines»), которая разделяет заимствование как нарушение и песни, которые звучат в похожем стиле.

Судья Нгуен, который в апелляции голосовал против, указал, что элементы «повторяющиеся ноты», «мелодичные фрагменты с двумя и тремя нотами», «ритм шести восьмых нот» и «hook phrase», являются «musically commonplace» и не подлежат защите.

Музыка состоит из комбинаций ограниченного количества нот в основных элементах мелодии, гармонии и ритма. Учитывая ограниченное количество нот, неизбежно, что разные музыкальные композиции будут похожи некоторыми мелодиями, гармониями и ритмами. Музыкальные жанры имеют множество общих звуковых моментов.

Монополизация стиля звучания песни явно противоречит цели охраны авторского права, но, возможно, мы на пороге изменений, которые пока не осознаем?

В октябре 2017 г. Верховный суд Новой Зеландии взыскал 600 000 дол с политической партии, которая использовала песню в стиле Eminem в рекламе (для этого даже есть специальный термин «Eminem-Esque»). Вот текст решения на 132 страницы.

  • Поделиться: